September 3rd, 2009

гоню телегу

Слабое место сталинской мифологии у лоялистов

В современной сталинской «государственнической» мифологии есть одно весьма уязвимое место, на которое, однако, не обращают внимание либеральные критики сталинизма. А именно: Сталин стал «государственником» и «патриотом» только после того, как пришел к власти путем государственного переворота. До этого он был воплощением «врага государства»: диссидентом, экстремистом, террористом. Читаем биографию: он организовывал ограбления банков, убийства полицейских – честных служак, государевых людей. Пописывал антигосударственные, антироссийские статейки. Сталин вместе с другими большевиками призывал к поражению России в Мировой войне, где решалась сама ее судьба. Наконец, был в политической эмиграции, а все мы понимаем, что диссидент в эмиграции, особенно в те времена, не может не сотрудничать с зарубежными спецслужбами. И жил он за чей счет? За счет врагов России, спонсировавших революционные партии. А также за счет награбленных, криминальных денег. Сталин до революции, с точки зрения государственников, это «гораздо хуже», чем Солженицын, Буковский и Каспаров вместе взятые: это Шамиль Басаев плюс Удугов в одном лице. Даже Власов в этом контексте выглядит большим патриотом и государственником.

А ведь сегодня именно Сталина большая часть лоялистов и государственников возносит на хоругвях, как образец для подражания. Подумаем, какой пример они преподносят нашей патриотической молодежи: «Настоящий патриот-государственник, пока к власти не пришел, может, подобно Сталину, быть врагом и предателем: взрывать и грабить, мочить ментов, ругать свою Родину почем свет стоит, присоединяться к любому иноземному вторжению, к любой диверсии на благо чужим державам, брать деньги у кого угодно. А когда на пепелище все же придет к власти – тогда все это искупит делами на благо Родины». Позвольте, а чем тогда эти «государственники» отличаются от якобы «предателей-оранжистов»? Ведь программа у любого «Лжедмитрия» та же, что и у Сталина: «Пока я не главный, и пока порядки мне не нравятся, я буду врагом «этой страны», разрушу ее до основания, приведу сюда НАТО. А потом уже с чистого листа, в собственной вотчине, буду патриотом и государственником».

По сути, Сталин как образец полностью разрушает государственнический дискурс. Человек, который прощает Сталину «ошибки молодости» за последующие «великие деяния», тем самым дает карт-бланш любому вредителю и врагу России. Любой враг может так сказать: «Это я временно враг, диверсант и шпион, пока вас уродов не перебил и к власти не пришел. А на самом то деле - я патриот-государственник. Смотрите, я с самого Сталина пример беру». Collapse )