June 15th, 2010

Obama

Call of Duty: Muromtzev Warfare

Россия – такая страна, где «несуществующее» и «мифическое» гораздо сильнее «реального» и «конкретного». Отметим, что крамольные слова «субкоманданте Маркос» первыми выдал вполне лоялистский ЕСМ. Как известно, лидер мексиканских автономистов всегда прячет свое лицо под маской, подражая супергерою из комиксов. Есть версия, что это вообще не один конкретный человек, а «чар» (виртуальный персонаж), за которого играет целая команда. Однако раствориться в воздухе, подобно чеширскому коту, даже у него не получается.

Мифический Муромцев перещеголял мексиканца в плане виртуальности и постмодерна. Сначала появилась версия об уголовном двойнике реального десантника, потом эта фамилия вообще была отодвинута в сторону, как не имеющая отношения к событиям. В результате своих разоблачений, охранители создали «человека-идею», опаснейшего нарицательного персонажа. Если Муромцева нет, то значит, его невозможно убить, победить. На него нельзя одеть ошейник, как на медведя. В мифологическом разрезе он остался непойманным, непобежденным и непобедимым. Он плюнул в лицо власти – и остался безнаказанным. Collapse )
гоню телегу

Пенсионеры – это наше все

В очередной раз приходится видеть псевдо-рациональный наезд на российских пенсионеров, в стиле «чужой век заедают». Любопытно, что один и тот же по сути дискурс транслируется и «национал-демократами» (см. выше), и привластными лоялистами, и покойным Туркменбаши. Видимо, Туркменбаши – это яркий образчик туркменской «национал-демократии». В этом одном мысли всех этих людей почему-то сходятся.

Между тем, если сегодня отменить пенсии, то вдвое просядет экономика в большинстве малых русских городов и деревень. В некоторых местах пенсии стариков и зарплаты бюджетников – это вообще единственный канал поступления живых денег в регион. Деньги от пенсионеров либо непосредственно поступают к их детям и внукам, компенсируя крохотные региональные зарплаты, либо дают возможность развиваться местному мелкому и среднему бизнесу. В обоих случаях, они потом циркулируют в местной экономике и хоть как-то ее оживляют. Если этот источник средств перекрыть, то закроется большая часть местных лавочек и магазинчиков, станет нерентабельным местный хлебозавод и т.д. и т.п. Волна пойдет по всей цепочке. В итоге городок или деревня просто вымрет, люди разбегутся, будут бомжевать в Москве. Перефразируя известную фразу, «рубль, отданный пенсионеру, это не проеденный рубль, а заработанный рубль».

Пенсионеры в рамках экономики депрессивного региона - это не какие-то нахлебники, а значимая прослойка потребителей, спрос которых непосредственно стимулируется государством. Важно, что по своим потребностям региональные пенсионеры ориентированы прежде всего на местную и российскую продукцию. Важно также, что большинство членов общества разделяет идею справедливости и оправданности заботы о пенсионерах, поэтому такое стимулирование не оказывает развращающего эффекта на остальное общество (что происходит, когда государство спонсирует работоспособных людей, например, олигархов или какие-то обиженные меньшинства).