September 12th, 2012

гоню телегу

Война 1812 года была выиграна лишь чудом

Принято восхищаться гениальным планом Александра I по заманиванию Наполеона вглубь страны. А между тем, этот план был авантюрой еще большей, чем поход Наполеона. «Скифская стратегия» подходит для свободных народов, к числу которых относились и сами скифы. Но для страны, где 40% населения составляют рабы частных лиц, затаившие злобу на своих хозяев, а еще 40% - подневольные государственные крепостные, изнуряемые податями и отработками, она абсолютно противопоказана. На деле блефовали оба, и Наполеон, и Александр. Чем закончился блеф Наполеона мы все знаем. А блеф Александра вполне мог закончиться второй пугачевщиной (независимо от воли Наполеона) и необходимостью для русского дворянства или быть истребленным поголовно, или приползти на коленях к Наполеону.

Иногда вопрос о неслучившейся пугачевщине связывают с личным выбором Наполеона: «Сам не захотел, дурак, не объявил крестьянам свободу». На самом деле выбор Наполеона мог запустить пугачевщину, только если бы в каждой крестьянской избе был интернет, и крепостные следили бы за твиттером Наполеона: «Когда ужо Бони объявит нам свободу?» Но у крестьян не было ни интернета, ни спутникового телевидения, ни радио, ни даже телефонной связи. Гораздо важнее, чем личное решение Наполеона, была проблема с каналами информирования об этом решении крестьян в глубинных губерниях. До крестьян в любом случае дошли бы только смутные слухи и сомнительные подметные письма, которые правительство могло бы успешно опровергать через агитацию в церковных приходах («Разбойник Буонапарте не токмо воли никому дает, но отнимает и ест детей»). Важно помнить о размерах России (хотя бы только Европейской части) и о том, что у правительства было свое «СМИ», охватывающее всю крестьянскую Россию, тогда как у Наполеона - не было. При этом пугачевщина помогла бы Наполеону только в том случае, если бы развернулась именно в не охваченных войной глубинных губерниях, где правительством не могли быть быстро увеличены гарнизонные и карательные силы.Collapse )
гоню телегу

Поляки тут ни причем

Стала популярной версия о том, что Наполеон не отменил крепостное право в России, жалея польских панов. Аргумент откровенно слабый: Наполеон прославился как раз тем, что ради своих интересов не смущаясь «ломал через колено» не только своих противников, но и своих союзников. Характерный пример - Испания, правительство которой в течение многих лет воевало на стороне Франции против англичан, что не спасло испанскую династию от низложения, а Испанию - от аннексии. Да что там союзники, Наполеон дал сапогом под зад родному брату, когда тот, будучи назначен королем Голландии, попробовал принимать близко к сердцу интересы своих новых подданных. Если бы Наполеон посчитал, что освобождение русских крестьян действительно поможет ему выиграть войну, он сделал бы это не колеблясь, со сладострастным садизмом в отношении поляков, а последние, в отличие от испанцев, «прижукнулись» бы без всякого писка и по прежнему с энтузиазмом выполняли бы все его приказы.

Но даже это не главное. Для стимулирования пугачевщины Наполеону вовсе не обязательно было объявлять свободными всех российских крестьян поголовно. Ничто не мешало освободить крестьян только в коренных русских губерниях. Или еще лучше - только тех крестьян, кто будет сражаться за Наполеона с оружием в руках. Это дало бы мотивацию крестьянам не просто сжигать ближайшую дворянскую усадьбу, а собираться в боевые отряды и партизанить всерьез. Заметим, что этот вариант, при всей своей выигрышности, не противоречит сохранению крепостного права как института. Вспомним, что призывать себе на помощь и вооружать рабов не гнушались даже римские рабовладельцы во время своих гражданских войн. Это делали в равной мере и сторонники Мария, и сторонники Суллы. Деятели Франции того времени хорошо знали античную историю и часто ориентировались на античные образцы, так что ничего нового в таком подходе для Наполеона не было.Collapse )
гоню телегу

Автономизация Химок

Небезызвестный Алексей Чадаев, несмотря на свое долгое и бессовестное сотрудничество с ПЖиВ, написал весьма толковую программу «регионализации» для Химок, которая в равной мере подходит для любого российского среднего и малого города:

«Необходимо переломить тенденцию к превращению Химок в «спальный город», большинство трудоспособного населения которого работает в Москве. Причем нужно создавать не просто «рабочие места», а такие, которые могли бы быть заняты местными жителями, причем выбравших эти места взамен аналогичных московских предложений. Это уже вопрос инвестполитики, причем с опорой не столько на экономические показатели, сколько на объективную карту имеющихся трудовых ресурсов. Проще говоря, адресно перетаскивать в город именно такие предприятия, которые возможно максимально укомплектовать местными кадрами, и как-то дополнительно стимулировать привлечение на работу именно местных жителей. Более сложный вариант - компенсировать размен жилья, предоставляя предприятиям возможность выкупать для своих сотрудников жилье непосредственно в городе у местных с тем расчетом, чтобы они могли купить аналогичное в Москве или где-то еще.

Основной приоритет в строительстве, кроме транспортного — социальные, потребительские и досуговые объекты. Поликлиники, детские сады, школы, магазины (и не мегамоллы, а «капиллярная» сеть снабжения товарами повседневного спроса), рестораны, кафе, кинотеатры, парки, пешеходные зоны, спортивные объекты и площадки. Наиболее перспективные в этом отношении как раз шоппинг и развлечения. Общий принцип — максимум «городской» жизнедеятельности внутри самого города, так, чтобы минимизировать ежедневную необходимость выезжать в Москву для большинства жителей. Все, ради чего среднестатистический сегодняшний житель обычно едет в Москву, должно быть максимально приближено к дверям его подъезда». (Конец цитаты) Collapse )
гоню телегу

Культ детства в искусстве позднего СССР

Художник-иллюстратор Александр Павленко записал свои интересные размышления о феномене детства в позднесоветской культуре. Если в здоровом обществе культура, предназначенная для детей, готовит их к будущей взрослой жизни, то в брежневскую эпоху она, в значительной мере, превратилась в культ детства как «вещи в себе». Человек, пропитанный такой культурой, вместо того чтобы радоваться собственному взрослению, должен был впадать в ностальгию по «уходящему детству» и рассматривать взросление как своего рода «изгнание» из «волшебной страны детства». Этот тренд равным образом отразился в литературе, кинематографе, детских песнях той эпохи.

Словами самого автора: «Пока была жива сталинская культура, ребёнка, как во всем мире, рассматривали как заготовку взрослого человека и потому большинство предназначенных для детей текстов того времени популярно разъясняли малышу мир, в котором тому предстояло работать и сражаться. ...Хрущовская литература для детей знакома мне поверхностно, но у меня составилось представление, что предназначалась она в основном мальчикам и была наполнена эйфорией открытий. Тайга, лесные реки, безымянные озёра, бесконечно расширяющиеся горизонты, пафос и азарт первопроходцев. Но с приходом застоя начался совершенно новый период развития советской культуры для детей. ...Дети из советских книг для детей никогда (ну, почти никогда) не взрослели. ...в советской детской культуре 60-70-х звучал призыв к прекрасному мгновению: «детство мое, постой, не спеши, погоди!» Ребёнок оставался ребёнком. В детском мире никогда и ничего не происходило окончательно». Collapse )