August 13th, 2014

Maus zur Macht

Кинг-Конг против нации Достоевского

И вот, это свершилось: Америку засосало в сортир российской истории. За последние годы она так глубоко влезла во внутренние русские дела, что ее собственная история потеряла невинность комиксов и отныне подчиняется темной логике романов Достоевского. Ницше, после знакомства с русской классикой, предупреждал кандидатов в Идиоты: «если будешь слишком долго смотреть в бездну, бездна начнет смотреть в тебя». Досмотрелись. Допрыгались. Нет, я не преувеличиваю силу и дееспособность РФ и не питаю иллюзий относительно ее реальной самостоятельности. Вполне возможно, что Россию просто используют как мега-ловушку для «непобедимого», но наивного американского Кинг-Конга. Сейчас Америка ее поклонникам кажется чем-то вроде правильного полисмена, ухватившего за воротник обнаглевшего алкаша. На первый взгляд, полисмен здесь - хозяин ситуации. На самом деле – он в полушаге от липкого кошмара достоевщины. Вот алкаш изрыгает прямо на его чистенькую униформу вонючий фонтан блевотины. Не со зла, а просто приспичило. И вряд ли вы в этот момент позавидуете полисмену. Но испачканная форма – это еще не все. Оказалось, что алкаш является переносчиком опасного вируса, который передается через блевотину. И, в отличие от алкаша, полисмен к этой болезни иммунитета не имеет. И вот, после года клиники, съевшего все его сбережения, полисмен навечно прикован к инвалидной коляске. А потом приходит психоаналитик, и вежливо объясняет, что его желание стать полицейским было вызвано подспудной тягой к блевотине и такому вот концу.Collapse )
Pycelle

«Лишь бы не было войны»: случай Карфагена

Россия сегодня более всего напоминает Карфаген перед началом Третьей Пунической войны (149-146 гг. до н.э.), в ходе которой Рим цинично добил своего старого и ослабевшего геополитического противника. Карфаген подобен России абсолютно капитулянтским настроем своей элиты. Эта элита в течение полувека после поражения во Второй Пунической войне терпеливо сносила мелочную опеку Рима и выполняла все требования постепенно наглеющих римских сенаторов. Карфагенские олигархи отбросили все амбиции, кроме финансово-экономических, и сосредоточились исключительно на обогащении, думая, что своей полной покорностью пред лицом Рима покупают себе безопасность. Помимо ежегодной дани и полного разоружения, Карфаген отказался от самостоятельности во внешней политике и не имел права вести даже оборонительную войну без разрешения римского сената. В течение полувека Карфаген не воспользовался ни одним из подвернувшихся шансов вернуть себе независимость и во всех войнах Рима с серьезными конкурентами помогал римлянам.

Была в этой истории и своя «Украина» - ею стала Нумидия, область, некогда поставлявшая Карфагену ловких всадников-«казаков», предательство которой обусловило поражение Карфагена во Второй Пунической войне. После этой войны римляне вознаградили «пунно-укров» тем, что оставили неопределенной границу между ними и Карфагеном и согласились с их правом «возвратить» себе все те области, которые они посчитают «исконно своими». В течение полувека карфагенская элита мирилась с тем, что «украинцы» «возвращали» себе один пунийский город за другим, грабили и угоняли население в рабство. При этом римляне неизменно трактовали все эти инциденты в пользу «украинцев». Только один раз карфагеняне нарушили запрет на ведение войны и собрали войско, чтобы спасти от резни один осажденный «украинцами» город. Правда, потеря военных навыков за много десятилетий вынужденного пацифизма сделала это войско легкой жертвой воинственных «казаков». Однако римляне поспешили использовать этот случай как формальный предлог для полного уничтожения Карфагена. Collapse )