December 7th, 2016

гоню телегу

Простая мотивация «идеократов»

Хорошо сказано, можно сразу «в гранит»: «Поиски одной идеи, чтобы изменить мир, это типичная ловушка для дураков - как за счет одной идеи обскакать умных, которые в университете изучали тысячи идей и по сей день изучают разные идеи. А тут одна идея, и мир изменился, вы лидер и можете послать всех нах с их критикой, знаниями и замечаниями».

Из той же серии «лекарства от всех болезней» – «непримиримая борьба с советчиной», понимаемая как простое универсальное средство для спасения России. «Победим советчину (что бы ни подразумевалось под «советчиной» и под «победой» над ней) и все наладится само собой». А истинный мотив – априорно «отрубить» целый пласт тем и вопросов, где у «борца» возникают затруднения при разговоре по существу.

P.S. Я вот раньше не обращал внимания, что антиинтеллектуализм и контркультурность содержатся в самом по себе «идеократическом» подходе к миру. А вот Косарекс показал - и теперь это кажется очевидным. Очевидно же: интеллектуализм - это когда идей много, и это воспринимается как позитив, даже если многие из этих идей - заведомо ложны или не адекватны реальности. И наоборот, большинство людей, одержимых одной идеей, это борцы с «излишними, завиральными идеями» и плодящей их «гнилой интеллигенцией». Да вот Ленин со Сталиным хотя бы. Я уж не говорю о тех очевидных случаях, когда эта «одна идея» прямым текстом зовет «назад, на пальмы».
Pycelle

Евразийская мысль обезглавлена

Помимо всяких антирусских политических гнусностей, высказанных Гейдаром Джемалем за последние пару десятилетий, у покойного есть и некоторая заслуга. Его поэтически-метафизический трактат «Ориентация - Север» некоторое время был культовым в некоторой узкой русскоязычной среде. «В сфере объективной реальности безраздельно правит вагинальный принцип» и т.п. Говорят «это не философия». А что тогда? Для атрибуции некоторого высказывания как «философского» важен не только сам текст, но и контекст, - когда, зачем и перед кем это сказано. Иначе любая кухонная пародия на Платона, Гегеля или Ницше сделает любого Петросяна «великим философом». Так вот, Петросяном покойный не был. Когда Джемаль писал всю эту метафизическую опупею, она для него была «вполне всерьез», «на пределе евразийского мышления». И для людей, его тогда читавших, - тоже «вполне всерьез», «на пределе евразийской способности понимания». Для мировой или европейской или даже русской философии этого маловато, а вот для национальной евразийской – самый раз. Как «выдающийся азербайджанский философ Евразии» покойный вполне на своем месте. Я, во всяком случае, о других азербайджанских философах не слышал, так что он, очевидно, лучший и известнейший из них. Мир праху, и пусть его смерть будет «истинной», как он того и желал. Collapse )