Сергей Корнев (kornev) wrote,
Сергей Корнев
kornev

Category:

Особенности нацбилдинга применительно к русской ситуации

Простая максима «Русский – тот, кто за русских», как оказалось, вызывает возражения двоякого рода. Во-первых, она похожа на бессодержательную тавтологию. Но это происходит, только если изъять ее из контекста, где она выступает ответом на некоторый содержательный вопрос. Вопрос этот на неполиткорректном языке фильма «Брат» выглядит примерно так: «Вот этот гражданин, претендующий на «русскость», - брат нам или ...?» Никакой тавтологии нет, потому что «русский» в начале этой максимы и «русские» в конце - это не одно и то же. Вопрос задается о человеке, который кому-то кажется не вполне русским, полурусским, сомнительным русским, «альтернативно русским». Ответ апеллирует к «русским» как целому, к «основной массе русских», то есть, к этническому русскому большинству, к множеству достоверно русских, безальтернативно русских. И это важно. Это позволяет избежать злонамеренной политизации понятия «русские», замещения реальных русских неким воображаемым образом «партийной русскости», чем нередко грешат русские идеологи. Согласно этой максиме, отщепенец, который из доктринальных псевдо-прорусских соображений («борьба с пропутинскими ватниками и совками») записывается в укропские каратели и помогает убивать и порабощать реальных русских людей, из русской нации автоматически выпадает.

В развернутом виде эту максиму можно представить так: «Сомнительный русский становится частью русской нации, если всегда, при всех обстоятельствах стремится защищать интересы русского этнического большинства». Всегда – значит, и в отношениях с тем народом, откуда он к нам пришел. Это не означает, что он должен быть врагом своего «альтернативного» народа. Это означает, что он должен делать все возможное для укрепления лояльности этого народа к русским и бороться с теми, кто хочет его натравить на русское большинство. Жизненный принцип такого человека: «Мой народ будет драться с русскими только через мой труп».

Второе возражение исходит от тех, кто видит в этой максиме торжество формально-правового, а не органического представления о нации: «Приехал, записался в русские – и ты русский». Им не нравится, что русские «по волеизъявлению» и «по паспорту» как бы полностью уравниваются с русскими по происхождению. На самом деле это не так, и это можно понять из развернутого изложения исходной максимы. Критерий включения в русские – лояльность человека к безальтернативно русским, к русскому этническому большинству. Это автоматически задает иерархию отношений и показывает, «кто тут главный», а кто «должен выслуживаться» В этом смысле, исходную максиму можно расшифровать и так: «Нацбилдинг в России выстраивается вокруг русского этнического большинства, и именно лояльность к нему задает границы русской (российской) нации». Русское этническое большинство, таким образом, играет роль «якоря» или «ядра» в национальном строительстве.

Это можно интерпретировать и «без обид», не акцентируя качественное превосходство русского над нерусским. Просто русские – самая большая этнокультурная фракция России, и даже нерусские фракции с русским языком и культурой знакомы значительно лучше, чем с языком и культурой других нерусских фракций. Поэтому строительство нации вокруг русских предпочтительно не только с «эгоистичной» русской точки зрения, но и с государственной общероссийской: это путь наименьших проблем, наименьших затрат и наименьшего насилия. Поскольку любая альтернатива этому пути в российских условиях потребует бОльших усилий, бОльших затрат и более масштабного применения насилия, то все эти альтернативы – аморальны, а призывающие к ним люди заслуживают наказания не только как враги русских, но и как враги России, и как враги самой человечности.

Есть немало деятелей, которые искусственно противопоставляют гражданский (политический) национализм - этнокультурному национализму. На практике это не разные концепции, а разные стадии строительства нации. Любая большая старая нация когда-то в прошлом была конгломератом разнородных племен, объединенных в единое целое военными и политическими мерами, лояльностью к правящей династии или особой плотностью экономических и политических контактов, определяемых историей и географией. Но если это единство сохраняется столетиями, неизбежно происходит унификация, и некогда разнородные племена сливаются в этнокультурную общность. Из исходного конгломерата племенных диалектов и обычаев одни забываются, другие - получают развитие и начинают доминировать. И в этот момент этнокультурное единство начинает восприниматься как главное существо нации, а гражданское, политическое единство - как производное следствие первого, как служебная составляющая. Граница, отрезающая от нации людей той же культуры и языка, начинает восприниматься как несправедливая, и нация готова пойти на несоразмерные жертвы, чтобы вернуть свою Эльзас-Лотарингию, Триест или Донбасс.

Концепция гражданского национализма в чистой, беспримесной форме, полностью избавленной от этнокультурной доминанты, в наше время может применяться только где-нибудь в Африке, где нация строится с чистого листа. Колонизаторы обнесли забором группу племен, которые ранее поедали друг друга и не имели ничего общего. «А теперь давайте, ребята, стройте единую нацию». Понятно, что когда нацбилдинг начинается «с чистого листа», когда еще не существует готового этнокультурного ядра, то у него и приоритеты весьма специфические. Задача №1 в «африканском нацбилдинге» - провести хоть какую-то унификацию наличных племен, дать им общий язык, общность культуры, научить их видеть друг в друге «своих». Этническое самосознание отдельных племен при этом вынужденно подавляется. Гражданский национализм здесь находится в открытом конфликте с «трайбализмом», с пережитками племенной этнической общности, то есть, с элементами этнокультурного национализма. И только лет через 200-300, когда на основе слившихся племен вырастет новая этнокультурная общность, этнонационализм и политический национализм из соперников превратятся в союзников, причем второй начнет восприниматься как слуга первого.

В России есть достаточно много деятелей, которые пытаются пропагандировать «нацбилдинг по-африкански», как бы «с чистого листа», игнорируя уже сложившуюся русскую общность. И вместо того, чтобы бороться с трайбализмом малых народов, не желающих вписываться в эту общность, они, наоборот, смеют обвинять в «трайбализме» людей, которые продолжают процесс русского нацбилдинга. И бесполезно им объяснять, что русские уже много столетий - не «племя», а недостроенная нация. В качестве «европейской» и «прогрессивной» они пытаются навязать «африканскую» модель нацбилдинга, где нация выстраивается вокруг данных «свыше» государственных границ, а не вокруг исторически сложившегося этнокультурного ядра. Между тем, в самой Европе с середины XIX века национальные государства строятся вокруг уже сложившегося этнокультурного ядра, созданного столетиями предшествующей истории. У русских нет никаких причин поступать иначе. В русской ситуации все, за что «африканцам» нужно бороться не одно столетие, уже задано с самого начала: общий язык, ментальность, национальная культура, высокий (и даже чрезмерный) уровень этнокультурной унификации, общая идентичность, привычка жить в едином государстве. Притом сам размер народа (более 100 миллионов человек) с избытком достаточен для успешной государственности. Не хватает только национальной системы управления («национальной политической элиты»). Что касается справедливых национальных границ, то они должны определяться по границам компактного расселения русского этнического большинства и лояльных к нему малых народов (принципиально мыслящих себя как народы России). В условиях, когда нация выстраивается вокруг уже существующего этнокультурного ядра, границы нации задает ареал расселения базового народа, а не наоборот.

Главная особенность русского нацбилдинга в том, что это почти завершенный проект: субстанция нации уже давно построена, не хватает только национального управляющего центра, «штаба нации». Попытка строить русскую (российскую) нацию не вокруг уже готового русского этнического большинства, а «по-африкански», начиная «с чистого листа», будет колоссальным шагом назад. И проблем у таких нацбилдеров будет даже больше, чем у африканцев, поскольку им сначала потребуется «расчистить лист»: уничтожить уже существующую русскую общность, которая будет мешать их планам. Хороший пример тому - современная Украина. Другими словами, «нацбилдеры с чистого листа» - это не какие-то дураки-идеалисты, а кровожадная вражеская агентура, которая стремится подменить решение реальной русской задачи - обретение власти в России, - на мнимую задачу, автоматически вызывающую раскол нации и взаимную аннигиляцию противоборствующих частей.

Кстати, желающие увести русских от этой главной задачи придумали еще одну характерную уловку: противопоставление «нерусской» России и гипотетической «Руси», как подлинно русского государства. Якобы, строительство русской нации требует разрушения «нерусской России» и строительства на ее месте «русской Руси». Логика тут замечательная: некто угнал вашу машину, и вместо того, чтобы вышвырнуть вора пинком и вернуть машину себе, вам предлагают разобрать ее на запчасти, некоторые из них оставить вору, а из остальных - собрать новый автомобиль. Все это слабоумная чушь. Россия и есть Русь. Россия это Russia, Russland, т.е. «русская страна» по определению. Россия - это историческое название для русского национального государства. Вкрапленность в русскую страну целого ряда малых народов тут ничего не меняет. К примеру, в Германию вкраплены земли, населенные славянами-сорбами, в США - индейские резервации и т.п. Но ни сорбы, ни индейцы, при всей толерантности к ним и их культуре, не дают никакого реального вклада в самосознание немецкой или американской нации.

Итак, если развернуть исходную максиму, в ней по умолчанию подразумевается нацбилдинг вокруг реально существующего русского большинства, как естественной нациеобразующей общности. Тот же самый смысл заложен в знаменитой сентенции Александра III: «Россия для русских и по-русски». Сегодня это принято трактовать как банальную ксенофобию, «расизм» и т.п., но надо иметь в виду, что это было сказано человеком, у которого имелась едва ли 1/32 часть русской крови. Адресована эта мысль была имперским элитам, тоже в значительной мере не русским по происхождению. Это было озвучено в эпоху трансформации России из династический империи в национальное государство, с неизбежной сменой государствообразующего принципа. Если ранее различные элиты и народы Империи объединялись вокруг династии, то в грядущем национальном государстве этой «осью» должен был стать русский народ, о чем недвусмысленно и заявил император. Правда, завершить эту трансформацию Романовым не удалось. Антирусская часть элиты, при поддержке внешних врагов, взорвала ситуацию в самый критический момент: когда династический принцип единства уже утратил свою привлекательность в глазах образованного общества, а национальное самосознание еще не успело обрести зрелость и охватить народные массы. Чтобы преодолеть последствия этого сбоя, нужно двигаться не назад (реставрируя монархию и т.п.), а вперед, выстраивая государство вокруг интересов реально существующего русского большинства и безжалостно дезинтегрируя все те фракции в элите, которые не приемлют эту логику.
Tags: нацбилдинг, полемика, русские
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 36 comments